2 октября в рамках Юридической недели на Урале состоялся круглый стол «Согласованные действия и соглашения хозяйствующих субъектов на товарных рынках. Признаки картеля».
В мероприятии приняли участие представители юридического бизнеса и научного и предпринимательского сообществ. В качестве экспертов выступили руководитель фас ПО Свердловской области Дмитрий Шалабодов, судья Арбитражного суда Свердловской области Игорь Хачев, доцент кафедры предпринимательского права УрГЮУ Татьяна Воронова.
Наказание за заключение картельного сговора не зависит от размера бизнеса
Открывая круглый стол, модератор – управляющий партнер юридического агентства «ЮС КОГЕНС» Светлана Корабель – обратила внимание участников на то, что признаки картеля находятся не только у крупных предприятий. Малый и средний бизнес также не застрахованы от наказания за картельный сговор. И субъектам малого и среднего бизнеса нужно быть осмотрительными в своей деятельности и не рассчитывать на утверждение, что «картель – это про крупных монополистов».
Штрафы за доказанное заключение картельного сговора серьезны: до 15 % размера суммы выручки за реализацию товара или услуги, явившейся предметом сговора. При сумме торгов около 10 млн штраф может составить 1 млн рублей. Для некоторых компаний такие штрафные санкции чреваты гибелью бизнеса.
Косвенные доказательства и явка с повинной
Руководитель УФАС по Свердловской области Дмитрий Шалабодов определил картель как «горизонтальное» соглашение, то есть сговор между двумя или более компаниями-конкурентами. Чаще всего признаки картеля можно обнаружить на торгах, когда конкуренты-подрядчики договариваются между собой, кто получит заказ, а кто откат, и соответствующим образом выстраивают свое участие в торгах.
Одна из наиболее распространенных схем – «таран». Например, трое конкурентов вступают в картельный сговор, после чего один из них выставляет сниженную цену на свои товары или услуги. Двое остальных начинают демпинговать, заставляя добросовестных участников покинуть торги. В конце концов заказчик выбирает подрядчика с наиболее низкой ценой, но при предоставлении документов выясняется, что у третьего и второго «победителя» документы формально не соответствуют правилам торгов. Таким образом, побеждает участник картеля, первым снизивший цену.
Другой вариант картеля – конкуренты, договариваясь об определенном уровне цен на свои товары, работы, услуги просто делят рынок между собой.
Доказать картельный сговор в письменной форме невероятно сложно. По словам Дмитрия Шалабодова, в своей практике он встречал только одно зафиксированное на бумаге соглашение, и это был уникальный случай. Обычно картель строится на устных договоренностях, а все доказательства его наличия – косвенные. Например, между участниками на торгах такими косвенными доказательствами будут: один IP-адрес, участие одного лица от разных компаний, фактическое местонахождение компаний по одному адресу и тому подобное. Чтобы получить эти и другие доказательства, проводится анализ поведения хозяйствующих субъектов, анализ рынка, математическая экспертиза.
Чтобы избежать штрафов, участники картеля в большинстве случаев оформляют явку с повинной. В этом варианте развития событий, первый участник, явившийся с повинной, получает полную амнистию, освобождение от штрафных санкций. К остальным применяется административное наказание с учетом сотрудничества со следствием, рецидивов или их отсутствия.
Административное «прощение» не исключает уголовное наказание
Однако доказанный картельный сговор предполагает не только административное, но и уголовное наказание. И вот тут кроется несколько правовых коллизий.
Как заметил управляющий партнер коллегии адвокатов «Частное право» Максим Колесников, стандарты, используемые для административной и уголовной ответственности, серьезно различаются. Административный орган доказывает наличие картеля по косвенным признакам и не исследует негативных последствий создания картеля. В то время как для правоохранительных органов важны такие четкие аспекты, как время, место и обстоятельства совершения преступления, которых административное расследование в большинстве случаев не дает. Плюс правила доказывания уголовной ответственности вытекают из принципа презумпции невиновности. Разница в стандартах, по словам Максима Колесникова, на практике делает уголовное расследование таких дел практически нереальным.
Второй нюанс, проистекающий из разницы в способах доказывания: лицо, оформившее явку с повинной, полностью амнистируется в части административной ответственности, но при этом не освобождается от уголовной. Поскольку по условиям ст. 178 УК РФ, освобождению от уголовной ответственности подлежит лицо, которое не только первым из числа соучастников добровольно сообщило о преступлении и активно сотрудничало со следствием, но и возместило причиненный этим преступлением ущерб или иным образом загладило причиненный вред. При этом определить размер вреда, а соответственно, его возмещения, зачастую очень сложно.
Еще одно противоречие содержится в том, что в законодательстве прописано наказание за создание картеля, но не предусмотрено наказание за участие в нем. Пример по этому поводу привела доцент кафедры предпринимательского права УрГЮУ Татьяна Воронова: в так называемом «швейном картеле», раскрытом в 2016 году, была доказана вина более 90 юридических лиц по всей России, поставляющих одежду, обувь и прочие вещи для силовых структур. Десятки компаний участвовали в торгах, обеспечивая по предварительной договоренности, победу одной из фирм. Но при этом еще больше подрядчиков подключилось к схеме не на этапе сговора, а на этапе исполнения заказов. И вот для этих компаний наказания не предусмотрено.
«Красные лампочки» картеля
Антимонопольное законодательство и «антикартельные» статьи — относительно «молодой» свод правовых норм в России. Безусловно, практика внесет свои коррективы в формулировки законов. Но уже сейчас можно определить места и обстоятельства, в которых для бизнеса загораются красные лампочки признаков картеля. Что можно, чего нельзя точно, что можно, но с осмотрительностью?
Итак, факт заключения антиконкурентного соглашения может быть установлен как на основании прямых доказательств, так и совокупности косвенных доказательств. На практике к таким косвенным доказательствам обычно относятся:
— отсутствие экономического обоснования поведения одного из участников соглашения, создающего преимущества для другого участника соглашения, не соответствующего цели осуществления предпринимательской деятельности – получению прибыли;
— заключение договора поставки (субподряда) победителем торгов с одним из участников торгов, отказавшимся от активных действий на самих торгах;
— использование участниками торгов одного и того же IP-адреса (учетной записи) при подаче заявок и участии в электронных торгах;
— фактическое расположение участников соглашения по одному и тому же адресу;
— оформление сертификатов электронных цифровых подписей на одно и то же физическое лицо;
— формирование документов для участия в торгах разных хозяйствующих субъектов одним и тем же лицом;
— наличие взаиморасчетов между участниками соглашения, свидетельствующее о наличии взаимной заинтересованности в результате реализации соглашения.
Соблюдая правила игры, предприниматель может быть уверен в сохранности своего бизнеса и в том, что он не попадет под пристальное внимание административных и правоохранительных органов.
[ngg_images source=»galleries» container_ids=»2″ exclusions=»18″ display_type=»photocrati-nextgen_basic_thumbnails» override_thumbnail_settings=»0″ thumbnail_width=»240″ thumbnail_height=»160″ thumbnail_crop=»1″ images_per_page=»20″ number_of_columns=»0″ ajax_pagination=»0″ show_all_in_lightbox=»0″ use_imagebrowser_effect=»0″ show_slideshow_link=»0″ slideshow_link_text=»[Показать слайдшоу]» order_by=»sortorder» order_direction=»ASC» returns=»included» maximum_entity_count=»500″]
Презентации с круглого стола 
